Ивану Билибину — 150: как его мир собрали в одной выставке
16 августа 2026 года отмечают 150 лет со дня рождения Ивана Билибина — художника, принадлежавшего будто разным мирам: затейливому и сказочному мирискусническому, поликультурному эмигрантскому, монументальному русскому Северу и, конечно, Ленинграду в самый тяжелый блокадный период. С точки зрения современного музейного посетителя это совсем разные эпохи. При этом Иван Билибин был человеком своего времени: наверное, только тогда, после романтизма, но до мировых войн, могли сформироваться такие творцы. Способные освоиться в любой точке мира и одновременно привязанные к родным местам.
В экспозиции Русского музея в одном из залов Михайловского (Инженерного) замка можно найти портрет Ивана Билибина кисти Бориса Кустодиева 1901 года. По словам смотрительниц, его особенно любят женщины — всегда рассматривают подолгу. Оно и понятно: с портрета смотрит красивый элегантный мужчина с энергичным, если не сказать жгучим взглядом и густыми темными волосами. Художник сидит, небрежно закинув ногу на ногу, в петлице сюртука алеет цветок. Этот образ сложно связать с миром билибинской сказки, как и представить, что, оказавшись в эмиграции во Франции, этот человек носил русскую рубаху.
На примере Билибина можно объяснять суть метода «Мира искусства»: это интенсивный синтез, исследование богатой, нетронутой фактуры (в начале XX века художник ездил в этнографические экспедиции по Русскому Северу) и адаптация ее под театральную и иллюстративную условность. Поэтому построить музейную экспозицию, которая показала бы все грани Ивана Билибина — художника и человека, — непросто. Есть риск уйти в сказку, и не останется места для реальных обстоятельств жизни. Сугубо протокольный подход с рассказом о событиях с помощью документов, напротив, осушит билибинский мир, который предполагает работу воображения.
Экспозиция в Ивангородском художественном музее, посвященная Билибину, — прекрасно выверенная, даже вдохновенная. Художник не связан напрямую с этим местом: дом построили в 1860–1870-е годы для купцов Пантелеевых, в советское время в здании была школа, и только в 1980 году открылся музей. Семейное собрание из квартиры на Петроградской стороне, где Билибин жил с супругой Александрой Щекатихиной-Потоцкой, музей получил от пасынка художника Мстислава Потоцкого. Он любил Ивангород, периодически жил там и передавал семейный архив с единственным условием — чтобы предметы не лежали в фондах, чтобы их видели.
Это самый большой корпус экспонатов, связанных с Иваном Билибиным, и он сложен своей разнородностью. Буквально семейный архив: все, что было дома. Фотографии из этнографических экспедиций с авторским кадрированием (художник использовал фотографии архитектуры для создания театральных декораций), личная переписка, ранняя живопись маслом (хотя в зрелый период мастер мало работал в этой технике), костюмы из поездок по Северу (есть и та самая рубашка, которую Билибин носил во Франции). Предметы, привезенные из Египта, документы, связанные с блокадным периодом. Как связать эти вещи в единое целое? Реэкпозиция музея и реставрация пантелеевского дома шла три года. Здание окончательно рассталось с последними признаками советской школы, даже цвет штукатурки теперь — такой же, как был при Пантелеевых, холодный северный светло-серый.
За выставочные интерьеры отвечает петербургский архитектор Сергей Падалко: он использовал простые решения, простые же материалы и, следуя за методом художника, воображение. В итоге каждый зал рассказывает о конкретном периоде жизни Билибина и аспекте творчества, и всякий раз это лаконично театрализованное пространство. Скажем, первый зал посвящен билибинской этнографии: здесь костюмы соседствуют с печатными изданиями с иллюстрациями художника. Часть из них в период, пока музей был закрыт для посетителей, нашла на специализированных ресурсах и приобрела для экспозиции хранитель Марина Башкина.
Естественный цвет льняного полотна, из которого сшиты костюмы, и их алый декор перекликается с такими же льняными стенами. Лен вообще основной материал, который использовал Сергей Падалко: он смотрится уместно в мире Билибина и не перетягивает на себя все внимание. Из этого же зала с костюмами можно выйти на балкон, с которого открывается вид на крепость.
В том, что крупнейшее собрание предметов, связанное с Билибиным, показывают именно в Ивангороде, есть ассоциативная красота. Из окон дома Пантелеевых видна крепость, важный образ не только в творчестве, но и в самой жизни Ивана Билибина. В музее хранится обязательство об эвакуации — от художника буквально требовали покинуть блокадный Ленинград. Он не поехал, сказав, что из осажденной крепости не бегут — ее защищают. Конечно, речь не только про физическую защиту, но и про символическую; человек, который много где жил, очевидно, ощущал необходимость присутствовать в конкретном месте. Билибин умер в осажденном городе в феврале 1942 года, в страшную пору.
